Город Серафимович находится на значительном удалении от федеральных автомагистралей и крупных населённых пунктов. Тем не менее вера в чудотворную силу каменной плиты — земного свидетельства присутствия Матери Божией — привлекает в монастырь многочисленных паломников. Но не только по этому едут туда паломники.
Никто из нас, вероятно, не узнал бы, кем была игуменья Арсения, если бы до нас не дошли её дневники и письма. Именно в этих записях сохранилась подлинная, сокровенная от чужого взора история матушки. В них открывается живое свидетельство того, как возрастает человеческая душа и как совершается её новое рождение для жизни вечной.
Матушка Арсения
Матушка Арсения, в миру Анна Себрякова, появилась на свет в состоятельной многодетной семье отставного армейского полковника. В шестилетнем возрасте она потеряла мать, и все заботы о её воспитании взял на себя отец. Позднее он признается дочери, что и сам некогда желал уйти в монастырь, чтобы провести там остаток жизни, однако долг перед детьми не позволил ему исполнить это намерение. Спустя многие годы его давняя мечта, к его собственному удивлению, осуществится в судьбе дочери. Но это будет позднее. Пока же Анна оставалась ребёнком, и отец готовил её к светской жизни.
Так вот, Анна получила прекрасное образование. Она превосходно пела, хорошо рисовала, владела несколькими иностранными языками. Вместе с тем ей были свойственны сосредоточенность и склонность к уединению; она часто уходила в себя и почти не расставалась с Новым Заветом, скрывая его под обложками светских книг, чтобы не привлекать ненужного внимания.
Выбор пути
Когда дочь достигла зрелого возраста, отец заговорил о браке. Немало достойных молодых людей желали видеть Анну своей женой, и, казалось, оставалось лишь сделать выбор. Однако к великому изумлению отец услышал от дочери совсем не то, чего ожидал.
«Я люблю только Господа. Не Вы ли сами учили нас любить Его?»
Анна просила у отца благословения оставить мир и посвятить себя Богу. Михаил Васильевич, глубоко тронутый её словами, сказал:
«Да благословит тебя Господь, дитя моё!»
Однако расставаться с любимой дочерью и отпускать её в монастырь он не спешил. Он устроил всё так, чтобы Анна могла проводить время в молитвенном уединении: пригласил иконописца, чтобы она обучалась иконописанию, назначил ей отдельную прислугу и предоставил лошадей с экипажем, чтобы она ежедневно могла бывать на богослужениях.
Послушница
Так прошло несколько месяцев, и в конце 1850 года Анна поступила послушницей в Усть-Медведицкий Преображенский монастырь. Здесь она, прежде жившая в достатке, окружённая удобствами и прислугой, носила воду, колола дрова, топила печи, чистила кухонную утварь, разносила пищу сёстрам, пекла просфоры, мыла полы, а по ночам исполняла послушание — будила монахинь к ночной молитве. Анна вела строгую монашескую жизнь и не уклонялась ни от какого труда. Она всегда спала в подряснике, ночью вставала на молитву и не позволяла своему уму предаваться праздности. Её самым любимым чтением, как и прежде, оставалось Слово Божие.
Уже в преклонном возрасте матушка говорила:
«Некоторые любят читать акафисты, каноны, а я более всего люблю Евангелие. При чтении Евангелия душе открывается особое познание. Евангелие — это ведь Сам Христос. Слово Божие — безбрежное, необъятное море. Многие закидывают в него свой невод, и тот, что проходит почти по поверхности, выходит с одной пеной. Тот, что идёт глубже, выносит рыб. А тот, что опускается на самое дно, собирает драгоценные раковины и жемчужины».
В первые годы пребывания в обители Анна нередко совершала паломничества по святым местам, посещала многие замечательные монастыри, поражавшие своим великолепием. Но, всматриваясь в духовную жизнь монашествующих, она понимала, что внешнее благолепие вовсе не служит залогом подлинной внутренней жизни их насельников. Монах должен искать не место, а внутреннее устроение, которое вне зависимости от внешних условий приближает душу к Богу.
Монашество
В 1854 году послушница Анна была пострижена в рясофор с именем Арсения. Спустя пять лет она приняла постриг в мантию, сохранив то же имя. Духовной наставницей матушки Арсении стала мудрая и прозорливая старица Ардалиона. Сначала молодой монахине старица казалась слишком суровой и резкой, однако со временем она убедилась, что та обладает глубоким духовным опытом и действительно способна помочь ей в тяжёлом труде внутреннего делания.
Мудрая старица воспитывала в своей духовной дочери глубокое смирение и послушание.
«Путь борьбы со страстями, — наставляла схимонахиня, — самый трудный путь. Он указан Самим Иисусом Христом и Им же назван тесным и прискорбным. Есть и другой путь — более лёгкий, которым идут многие, — это жизнь по страстям. Ты видишь: многие сёстры даже не подозревают, что существует иной путь, кроме того, по которому идут сами. Сходила в церковь, прочитала положенное правило, положила определённое число поклонов — и уверена, что исполнила всё. Но они не принимаются за труд над своим внутренним человеком, не ищут и не стараются искоренить страсти в самом их корне».
Схимонахиня Ардалиона последовательно отучала свою ученицу от всякой привязанности, даже самой малой. Так, однажды она ножницами изрезала на куски небольшой вышитый коврик, которым послушница очень дорожила. В другой раз матушка Арсения подала нищенке полтинник — по тем временам сумму весьма значительную. Это вызвало гнев наставницы: по её убеждению, столь щедрая милостыня выделяла ученицу и возвышала её над другими. Схимонахиня Ардалиона велела матушке Арсении разыскать нищенку и забрать полтинник обратно.
Игуменья
В 1862 году престарелая игуменья монастыря, где подвизалась матушка Арсения, подала прошение об освобождении её от должности настоятельницы. Однако правящий архиерей прошение не удовлетворил, а благословил монахиню Арсению стать её помощницей и казначеей. Так матушка приняла на себя административные обязанности, которые, конечно, были ей в тягость. Её душа стремилась прежде всего к уединению, безмолвию и свободе для чистой молитвы. Но ради послушания она взяла на себя и этот труд.
Вскоре игуменья обители скончалась, и сёстры стали просить матушку Арсению занять место настоятельницы. Она решительно противилась этому, поскольку пришла в монастырь с иной целью. Однако наставница благословила её принять этот крест:
«И для тебя самой, для твоего спасения, такое служение необходимо. С самого поступления в монастырь ты жила уединённо; если и несла послушания, то не отдавала им своего сердца. Твоё бесстрастие есть не что иное, как равнодушие ко всему. Когда настоятельская должность введёт тебя в тесное соприкосновение с другими жизнями и перед тобой откроются их скорби и немощи, ты начнёшь переживать их как собственные. Тогда ты узнаешь, что такое любовь к человеку и боль души за него. Эта любовь наполнит и твою жизнь, а твоя молитва станет молитвой за весь страждущий род человеческий. Призывая тебя принять игуменство, я призываю тебя не к чести, а к великому подвигу борьбы, к труду над собственной душой и над душами сестёр».
В январе 1864 года, убеждённая словами старицы, матушка Арсения приняла на себя крест настоятельского служения. Вскоре после этого схимонахиня Ардалиона отошла ко Господу.
Став игуменьей, матушка Арсения умножила свои подвиги. Всецело отдавая себя обители, она не оставляла и внутреннего делания, очищая сердце и ум, чтобы они стали достойным вместилищем Божественной благодати. Несмотря на сравнительно молодые годы, игуменья снискала такое расположение сестёр, что они не только глубоко уважали её, но и благоговели перед ней, хотя сама она по своему смирению никогда к этому не стремилась.
Пример для других
По настойчивому попечению матушки Арсении при монастыре открылось бесплатное училище для девочек, были построены новые Казанский и Преображенский храмы, корпуса для монахинь и паломников, устроено монастырское подворье. Помимо этого, сама матушка Арсения своими руками начала рыть пещеры по образцу пещер Киево-Печерской лавры: по ночам она спускалась под землю и проводила там долгие часы за тяжким трудом, непрестанно творя Иисусову молитву. Для многих подобный образ действий игуменьи мог показаться настоящим безумием.
Заботясь о вверенных ей сёстрах, настоятельница много времени посвящала духовным беседам с монахинями, объясняя им, как воплощать в жизни наставления Святых Отцов. Её любовь и попечение о сёстрах рождали в их сердцах глубокое благоговение.
Искушение
Но ни один монастырь не бывает свободен от искушений. В годы игуменства матушки Арсении в обители происходили события, смущавшие некоторых монахинь, не способных вместить духовную глубину поступков своей настоятельницы. Так, в монастыре жила престарелая монахиня, страдавшая недугом пьянства. Как ни старалась она справиться с собой, ничего не выходило. Времена воздержания неизменно сменялись запоями. Однажды, будучи в нетрезвом виде, она ушла в соседнюю станицу, откуда её привезли обратно в монастырь почти без памяти. Об этом немедленно сообщили игуменье. Через два дня, когда монахиня пришла в себя, матушка велела позвать её к себе. С трепетом, не смея поднять глаз и почти в отчаянии ожидая наказания, виновная переступила порог настоятельского дома. Но услышала совсем не то, чего боялась:
«Прошу тебя только об одном: не позорь монашества, не выходи из обители в таком состоянии. А если снова придёт искушение выпить и ты не сможешь его победить — приходи ко мне, я дам тебе вина столько, сколько захочешь».
Матушка понимала, что исцелить эту монахиню от пьянства уже невозможно, но и бесчестить обитель не желала. Далеко не все приняли с одобрением обещание игуменьи давать сестре вино, да ещё у себя в келье. Но сама матушка Арсения видела, насколько глубоко угнетена эта несчастная, и ждала от неё лишь одного — смирения и самоуничижения.
После этого одной из насельниц приснился сон: пьющая монахиня со слезами падает к ногам матушки Арсении, а та с любовью и слезами покрывает её своей мантией. Господь принял любовь настоятельницы к заблудшей овце и вменил ей это в награду.
С годами силы игуменьи Арсении слабели, но её труды и подвиги не уменьшались. Она по-прежнему не щадила себя в пещерных работах, молилась на всенощных бдениях, наставляла сестёр обители и заботилась о каждой монахине, как о родной дочери.
«Цель монашеской жизни, — говорила матушка Арсения в своих наставлениях, — чистота сердца. Блаженны чистые сердцем, ибо они Бога узрят. Чистота сердца приобретается жизнью по заповедям Божиим. Потому постоянным деланием должно быть направление своего сердца к исполнению заповедей Господних. Прежде всего — возлюби ближнего, как самого себя: это первая ступень. А затем — люби врагов и положи душу за друзей своих».
Последние годы
Так жила и сама матушка Арсения, до конца отдавая все свои силы Богу, Церкви и духовным чадам, непрестанно молясь и прощая врагов. А враги находились даже среди сестёр родной обители: одни по зависти, другие по злобе, внушённой врагом рода человеческого, клеветали на свою настоятельницу и поносили её.
Непомерные труды и подвиги игуменьи Арсении, бессонные ночи в сырых и холодных пещерах, непрестанная внутренняя борьба за чистоту сердца, тяжесть настоятельского служения, которое она несла более сорока лет, окончательно подточили её здоровье.
Зиму 1904–1905 годов она почти полностью провела в болезни. Предчувствуя близкий исход, игуменья Арсения решила совершить паломничество в Саровскую обитель, к мощам преподобного Серафима, которого любила и почитала всем сердцем. Именно там, в этом святом месте, Господь и призвал Свою избранницу в горние обители.
Кончина
Кончина её была поистине знаменательной. Причастившись Святых Христовых Таин, матушка Арсения возлегла на постель. Вдруг её глаза широко раскрылись, а лицо озарилось светом. Было ясно, что она созерцает нечто великое и лучезарное. После этого, дважды глубоко вздохнув, святая старица тихо и мирно предала свою душу Богу.
Погребена преподобная Арсения в родной обители — в склепе Преображенского монастыря. В октябре 2016 года она была прославлена в лике местночтимых святых.
Факты
Примечательный факт: когда тело усопшей готовили к погребению, обнаружилось, что, несмотря на слабое здоровье, она следовала примеру древних подвижников и носила на своём измождённом болезнями и трудами теле тяжёлые железные вериги.
Народное почитание игумении Арсении возникло незамедлительно после её кончины.
Заведующая отделом истории и природы края областного краеведческого музея Ирина Талдыкина убеждена: игумения Арсения была, вне всякого сомнения, самой выдающейся женщиной в истории нашего региона второй половины XIX — начала XX века. По её словам, она считала игумению святой ещё до официальной канонизации, ведь канонизация — это акт человеческого признания, который никоим образом не определяет, когда именно душа обретает место рядом со святым престолом.
В фондах краеведческого музея бережно хранятся предметы, неразрывно связанные с жизнью этой удивительной монахини. Среди них — большой ковёр и диванная подушка, искусно вышитые крестом разноцветными шерстяными нитями руками искусных монастырских мастериц. Экспозицию дополняют фотографии её родственников, иконы, а также почтовые открытки с видами Царицына и Спасо-Преображенского монастыря.
Эти вещи долгие годы хранились в московской семье дальних родственников игумении — Ладыгиных — и были переданы музею в 2003 году Анной Леонидовной Хорошкевич, доктором исторических наук, профессором и ведущим научным сотрудником Института славяноведения РАН.
Где находится монастырь?
Урюпинская епархия Волгоградской области, Усть-Медведицкий Спасо-Преображенский монастырь, который возглавляла матушка Арсения, находится в Серафимовиче. Момент его возведения ориентировочно датируется 1652 годом. Это одно из самых посещаемых паломниками святых мест, расположенных на правобережье Дона, донская жемчужина – как по духовному значению, так и по внешнему виду (сегодня стены монастыря белоснежны). После октябрьского переворота обитель была закрыта и подверглась осквернению и разорению.
Святыня возрождается, возвращает былую славу. Сейчас обитель практически полностью отреставрирована и заселена монахинями. Красуется храм Казанской Божьей Матери с верхним и нижним храмом, храм Преображения Господня с тридцатью тремя куполами – по числу земных лет Христа.
Чудотворный камень
В одной из пещерных келий хранится главная святыня монастыря – чудотворный камень. Согласно преданию, отпечатки узких изящных ладоней и ямки от колен оставила Сама Пресвятая Владычица наша Богородица во время усердной молитвы.
Внеземное происхождение этих следов подтвердили проведенные минералогические исследования, а святость камня – многочисленные чудесные исцеления паломников и благодатная помощь людям в разных нуждах.
Сами пещеры, которые игумения рыла по ночам, изображают последние дни земной жизни Спасителя, его Крестный путь, а также путь Божией Матери к Голгофе. Главный ход пещер назван самой игуменией «Крестным путем Спасителя», другая часть пещер (она идет вокруг главного) — «Страстным путем Божией Матери». Пещеры игумения Арсения рыла с духовными дочерьми — монахинями Никодимой, Агнией и Викториной.
В пещерах Арсения намеревалась создать пещерный храм, но не успела. В 30-х годах XX века пещеры были засыпаны, но через сорок лет местные жители раскопали заваленные входы.
Наставления матушки
— Невозможно стяжать чистой, непарительной молитвы, если ей не будет предшествовать самоотверженная деятельность. Но и ежедневно надо полагать в сердце или утверждать в нем произволение, отвергать всякое дело, слово, чувство, мысль — неугодные Господу, направлять же всякое дело по заповедям Божиим, всякое чувство словом Его воспитывать, всякую мысль истиною Его наполнять. При такой деятельности или хотя при цели такой деятельности всякое входящее в душу чуждое чувство или мысль усматривается и молитвою отвергается от души. При таком произволении души Имя Иисусово самовластно действует в ней и отсекает всякий помысл, противный Себе, поборяет всякое чувство, неугодное Себе, просвещает душу к познанию воли Своей, водворяет в ней мир сердечный и тишину помыслов;
— Преступая заповеди Божии, мы грешим и пред Богом, и пред людьми, и пред своею совестию и попадаем не только под суд Божий, но и под суд человеческий. Оскорбляя Господа, бесчестя в себе и собою славу Его, мы постоянно делаем вред ближним нашим, соблазняя их, увлекая во грех, подавая собою пример греховной жизни, не отдавая им должной дани общего вспомоществования на пути ко спасению, и по всей правде мы преданы суду людей. Этот суд, выражающийся осуждением, злословием, клеветой, ненавистью и всяким делом, выходящим из этого воззрения на нас, как то: гонением, мучением, смертью, — мы должны принять как достойное воздаяние и всегда чувствовать себя должниками пред ближним;
— Жесток путь спасения, жестоко бывает иногда и слово, высказанное о нем, — это меч обоюдоострый, и режет он наши страсти, нашу чувственность, а вместе с нею делает боль и в самом сердце, из которого вырезываются они. И будет ли время, чтоб для этого меча не оставалось больше дела в нашем сердце? Нет, для него всегда будет дело, нет конца духовному очищению, и во всяком сердце найдется та частица нечистоты, которую нужно очищать. Я признаю в себе явным признаком нерадения, когда перестает болеть и бороться мое сердце, — это признак сильного помрачения. Когда же разгоняется этот мрак словом Божиим, то сердце болит, а без болезни просвещение души невозможно — это будет мечтательность
Преподобная мати Арсения, моли Бога о нас!