Иеромонах Даниил (Болотов) из Скита Оптиной Пустыни вспоминал, как, снимая меблированную комнату, оказался соседом с постоянно конфликтующей семейной парой. По его словам, в его уединенную келью часто доносились отголоски их ссор: громкие споры, яростные крики и даже звуки, напоминавшие потасовку.
Поначалу такое соседство беспокоило иеромонаха, но со временем он настолько привык к постоянным скандалам, что уже не отвлекался от своего любимого занятия — чтения духовной литературы.
Однажды вечером, читая Евангелие от Матфея, он задержался на словах Спасителя:
«И Царь скажет им в ответ; так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».
Эта цитата вызвала у него глубокие размышления: как Всемогущий Бог может отождествлять Себя с обычным человеком? Неужели, отказывая в помощи даже заведомому злодею, он тем самым отказывает Самому Царю и Богу? Эта мысль пронзила его сознание.
Следуя правилу святых отцов, он постарался пресечь поток этих «сомнительных помышлений» и продолжил чтение. Но именно в этот момент привычная ссора за стеной достигла своего пика. Раздались яростные выкрики с угрозами, а затем послышался шум, свидетельствовавший о начале драки.
В сознании иеромонаха мгновенно пронеслись возможные последствия: убийство, милиция, следствие, суд, где ему предстояло бы выступать свидетелем. Этот сценарий казался вполне реальным, поскольку глава соседского семейства отличался буйным нравом и, особенно в нетрезвом состоянии, совершенно терял над собой контроль.
Внезапно его осенила мысль: нужно бежать и помочь тому, кто слабее. В этот момент его взгляд упал на небольшое деревянное распятие с рельефным изображением Спасителя, висевшее у изголовья кровати.
Он вспоминал этот момент так:
– Небольшое распятие, которое я постоянно носил на груди под жилетом, оказалось скрыто от посторонних глаз. Услышав шум за стеной, я инстинктивно прижал его к себе, наспех застегнул сюртук и, осенив себя крестным знамением, бросился к соседям, чтобы предотвратить беду. Мое вмешательство оказалось своевременным: я ворвался в комнату в тот самый момент, когда разъяренный мужчина занес над головой супруги тяжелый бронзовый подсвечник. Еще мгновение — и трагедия стала бы неминуемой.
«Остановитесь, вы же убьете ее!» — крикнул я, сам не узнавая своего голоса, пытаясь воззвать к его совести и напомнить о грехе насилия сильного над слабым.
Мое внезапное появление заставило его опустить руку, уже готовую нанести смертельный удар лежавшей на полу женщине. Она сумела подняться, но в тот же миг ее супруг, с яростным криком переключив агрессию на меня, со всей силы метнул подсвечник мне в голову. Инстинктивно отпрянув, я избежал прямого попадания, однако тяжелый предмет с огромной силой врезался мне в грудь. Я пошатнулся, едва устояв на ногах, а нападавший, воспользовавшись моментом, выбежал из комнаты.
Мне удалось немного успокоить несчастную женщину. Проведя с ней некоторое время и мысленно воздав благодарность Господу за предотвращенное убийство, я вернулся к себе, находясь под глубоким впечатлением от семейной драмы. Ее муж той ночью домой не возвращался.
Когда волнение улеглось и я начал раздеваться, то вспомнил о распятии. Осторожно дотронувшись до него под сюртуком, я обнаружил поразительное: крест был расколот надвое, а фигура Спасителя на нем — переломлена. Стало очевидно, что именно он принял на себя всю силу удара, нанесенного обезумевшей рукой.
В тот же миг в моей памяти всплыли евангельские слова: «Так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне».
На следующий день сосед сам пришел ко мне с повинной, смиренно извиняясь за свою вспышку гнева. С той поры в их семье воцарился мир — порой пути Господни воистину неисповедимы.
Из рассказов Сергея Нилуса.
Слава Богу за всё!